Он спешил делать добро!

Очередной день рождения Высоцкого. Дата не круглая, а хочется сказать о нём несколько слов. Об одной его черте, о которой мало кто знает - о доброте, которую он спешил делать. Как-то приятельница с ехидцей спросит его: "Скажи, Володя, а приятно быть знаменитым?" Он после секундной заминки ответит: "Да, приятно. Потому что это даёт мне возможность помогать людям".

Отзывчивость его не знала границ. Желание прийти на помощь непреодолимое. Ради друга, ради знакомого, да и незнакомого - готов был сделать невозможное. Использую строчку из песни Пахмутовой - "Вы знаете, каким он парнем был!" Песня посвящена Юрию Гагарину, но очень подходит для Высоцкого.

Трогательный момент из воспоминаний Шемякина о посещении Высоцкого в психбольнице Шарантон. Высоцкий, как увидел его, закричал: "Мишка, я людей подвёл!" - и заплакал. "Каких людей?" - не понимает Шемякин. "Я в Москве обещал кое-кому покрышки достать для машины, а сам улетел. И вот здесь оказался. Я так людей подвёл!"

Шемякин не знает, что на это и сказать.

В камере психушки он казнит себя, что людей подвёл - в этом весь Высоцкий.

о и просить не надо было - сам предлагал помощь. У композитора Анатолия Кальварского очень слабое зрение. Чтобы увидеть нотные значки, он чуть ли ни носом утыкался в страницу. Это заметил Высоцкий. И решил, что если очки сделают за границей, то зрение у Кальварского наладится. Привозит очки, говорит: "Лучше бы я тебе машину купил, а не эти очки", потому что очки стоили чуть ли не дороже автомобиля. Сказал, разумеется, не с упрёком, и не с тем, чтобы похвалиться, а для справки.

Очки красивые, стёкла необыкновенной толщины, "хамелеоны", что тогда было в диковинку. По "Мосфильму" разнёсся слух, что через эти очки композитор видит людей раздетыми. Принялись дурить: едва Кальварский заходит в какое помещение, то сразу визг - женщины закрываются руками, разбегаются. Его мнение об очках: "Очки были очень хорошими, замечательное качество! Идеально были отцентрованы. Я в них действительно чувствовал себя лучше, ведь вдобавок при солнце они снижали световой поток. Я долго их носил. Теперь их уже нет, оправа вся раскрошилась от времени, а футляр до сих пор остался, я его храню".

И другой трогательный момент, связанный с Кальварским. Высоцкий, когда Таганка гастролировала в Ленинграде, пригласил его на "Гамлет". При этом учёл его плохое зрение - билеты оставил на первый ряд.

Пытался Высоцкий помочь Кальварскому с квартирой, у того ситуация была банальная: после развода оставил квартиру жене, и в результате оказался без прописки, а в советские времена это было чревато высылкой из города. Высоцкий ходил в Ленсовет хлопотать за него.

А теперь просто перечислю, как Высоцкий помогал - неважно кому.

"Он был необыкновенно щедрый, необыкновенно добрый человек. У меня однажды было такое положение, что совершенно необходимы были деньги, большая сумма, и позвонила ему... Он думал буквально полминуты, где взять деньги, а потом привёз..."

"Однажды он занял у меня крупную сумму, а вернуть всё не мог - не складывалось. Дней за десять до смерти я встретил его в Доме кино, он говорит: "Скоро получу гонорар и всё отдам". Я руками замахал: какие счёты между друзьями? Но Володя твёрдо стоял: верну. Не успел - умер. И что вы думаете? Через какое-то время ко мне пришли два актёра из Таганки и принесли деньги. Оказывается, Володя составил список тех, кому должен, и я там шёл под первым номером. Даже после смерти оставаться должником не хотел..."

"У кого какое несчастье - к нему. Пришла женщина - что-то случилось с дочкой. Володя открывает шифоньер, вещи собрал - в том числе и Маринины - и отдал. Я говорю: "Ну, Марина ему всыплет!" А муж: "Нет, что ты! Ничего не скажет, она знает Володю".

"Он знал, что я прошёл войну, был ранен… Однажды зимой пришёл сюда, в этот кабинет, а я массирую ногу. "Что случилось?" Я говорю, что раненая нога замерзает, а здоровая - нет. Через некоторое время он возвращается из Парижа и вручает мне тёплые зимние ботинки..."

"Володя был очень добрый человек. У меня много с ним связано хорошего, потому что он меня просто спасал неоднократно. Практически вылечил, когда у меня была страшная болезнь - лимфаденит. И когда мне понадобилось срочно лечь в больницу к хорошим врачам, он меня уложил и сам весь процесс курировал, и приезжал, и спрашивал: "Как?"…

"Я сломал руку. Привезли в больницу. Бросили. Отвратительная боль и гадкое настроение. Ночью, чувствую, что-то изменилось. Все забегали, засуетились. После операции очнулся от наркоза - у кровати приветливая медсестра, и вообще - повышенное внимание. Потом узнал от отца, что Володя приезжал в больницу той ночью. И я сразу стал уважаемым и всеми любимым пациентом…"

"Был такой случай. Когда мама была в Москве, она попала на "Пристегните ремни!" Бортник сказал ей, что Высоцкий сегодня улетает, поэтому в спектакле будет петь Шаповалов. А Высоцкий, узнав, что мама будет на спектакле, задержался, вышел на сцену и спел "Мы вращаем Землю"…

И такие случаи можно приводить, приводить, приводить…

Ему доставляло наслаждение делать добро.

Истинное добро совершается без расчёта, всегда мгновенно и от широты души. Для Высоцкого не имело значения - знаменит ли человек, неизвестен ли - ко всем трогательное внимание. Светлана Светличная приводит такой случай: "Был день рождения у гримёрши, не помню её фамилии, и Володя приехал с огромным букетом роз и бутылкой шампанского - она была потрясена, расплакалась. И я была потрясена: ведь никому из съёмочной группы и в голову не пришло поздравить незаметного человека с днём рождения".

Актриса Карина Филиппова о подобном же случае: "Как-то так получалось, что Восьмого марта все обо мне забывали. И вдруг однажды - звонок в дверь. Открываю - Володя с гитарой. Он пришёл спеть мне несколько песен и принёс для моей дочки ботиночки двадцать восьмого размера фирмы "Батя". Как же приятно было, что не забыл он о празднике, и что надо меня поздравить, и что у меня девочка".

Нина Шацкая вспоминает о своей жизни с Золотухиным: "За всю жизнь с ним кроме кубика-рубика на один из моих дней рождения, я не получала от него никаких подарков… и рождение сына тоже никак не было отмечено. Только Высоцкий написал мне в тот день поздравительное стихотворение, и поздравили девочки из театра". И не просто написал стихотворение. Артистка пантомимы Аида Чернова вспоминает, как это было: "Володя говорит: "Ребята, а пошли в роддом, Ниночка Шацкая родила". И мы пошли туда - Золотухин, Володя, я, Юра Медведев. Под окном Нины Володя что-то играл, а мы изображали какую-то смешную сценку. Нина смеялась".

А вот совсем трогательный эпизод. В 1975 году Театр на Таганке был на гастролях в Ростове-на-Дону. Высоцкий дал в городе несколько концертов. Выступил в научно-исследовательском институте. И узнаёт, что у одного из сотрудников отец очень хотел его послушать, но инвалид войны, почти не выходит из дома. Высоцкий вместе с Иваном Бортником поехал к нему и спел ему. Пел час с лишним - обычный свой концерт.

Самый тяжёлый вопрос в советские времена - квартирный. Высоцкий и за него брался. Он узнал, что Юрий Кукин живёт в коммуналке. Однажды, приехав в Ленинград, позвонил ему. Кукина дома не было, трубку взяла его жена. "Жалко, что Юры нет, хотел пригласить его на одно важное мероприятие...", - сказал он. Потом Кукины узнали: Высоцкий хотел пригласить его выступить на вечере отдыха работников обкома партии. Предполагалось, что там будет всесильный первый секретарь обкома КПСС Романов. И Высоцкий намеревался завести с ним разговор о квартире. После смерти Высоцкого на Би-Би-Си выступил Шемякин, среди прочего привёл его слова: "Я, наверное, скоро помру и не смогу своему другу в Ленинграде помочь с квартирой". Это о Кукине. Что Кукин живёт в коммуналке, Высоцкий узнал из случайного разговора во время выступления в Ставрополе.

А Бровину Игорю из Киева с квартирой помог, он рассказывает, как это было: "Володя - это прежде всего надёжный, хороший друг. У меня был сложный вопрос с квартирой, который никак не решался. В один из приездов Володи в Киев он говорит мне: "Ну что ты маешься? Пошли к Гусеву". А Гусев был председатель горисполкома, по-нынешнему сказать - мэр. Без проблем попали к Гусеву, поговорили, - и буквально в течение пяти-семи минут мой квартирный вопрос был решён одним звонком Гусева. Потом Володя в этой квартире у меня частенько останавливался".

Самые живые и яркие впечатления о добрых поступках взрослых - у детей. Рассказывает Илья Порошин: "Володя любил меня удивлять, - одаривать. Впрочем, не только меня - всех! Из Парижа привёз мне дивные дары: джинсовый костюм "Ливайс", такой плотный, что он мог самостоятельно стоять, красные горнолыжные штаны из болоньи, высоченные кожаные сапоги, дутую куртку - за двести метров видно, что всё иностранное! Скомандовал: "Надевай!" Когда я ехал в метро, люди на меня пялились, как на иностранного принца. Чрезвычайно приятно".

Он горы вещей волок из-за границы - дарить, дарить. Ревека Шемякина вспоминает о его пребывании в Париже: "Он постоянно был озадачен одним: кому-то надо лекарства, кому-то вещи, что-то ещё… Я ему иногда что-то покупала… А Марина мне сказала однажды: "Этот нескончаемый поток…" Она, конечно, всё понимала и сказала это с восхищением…"

Высоцкий не забывал любую мелочь, которая может быть приятной другим. Как-то взял Илью Порошина с собой на концерт. Подросток сидит за кулисами. Тогдашние его впечатления: "Концерт. Магия. Боль в груди, слёзы комом в горле, безудержный смех - в общем, всё! И вдруг он посреди выступления говорит: "Я сейчас спою "Диалог у телевизора". Вообще-то не собирался показывать эту песню, но за кулисами мальчик маленький специально приехал послушать эту песню..." Сказка! Чудо! А на следующем концерте опять про клоунов. Благодарности моей детской нет предела. Он, оказывается, Бог, настоящий, живой".

А Пётр Солдатенков приводит уникальный случай - Высоцкий изменил направление строительства дороги: "Однажды ему удалось отвести магистраль, автотрассу, которая должна была пройти через территорию дачи одного его знакомого. И он эту дорогу отвёл. В каком-то кабинете договорился, чтобы эта дорога сделала зигзаг и оставила в целостности уникальную старую дачу в Подмосковье. Если он куда-то летел, значит это было нужно не ему, а тем людям, которые его ждали".

Ради друзей он готов был в лепёшку разбиться. Анатолию Гарагуле сделали операцию в Москве. Да надо же такому случиться, что его жена Валентина упала, перелом, и она не могла выехать к мужу из Одессы. Только через месяц сумела вылететь в Москву. Первым, кого она увидела во Внуково, был Высоцкий. Говорит Валентине: "Чем могу помочь?" А Толя жил в гостинице. Она: "Мне нужна кухня и кастрюли. В гостинице я ничего приготовить не смогу, а я должна поднять его на ноги, ему скоро идти в рейс". Володя сразу же: "Будете жить у меня". Толя отказывается: "Ну, как же это будет? Ведь к тебе приходит много народу". Володя ответил: "Никого не будет. Сегодня последний день, когда кто-то придёт - и больше никого не будет".

И в тот же день перевёз Гарагулю из гостиницы на Малую Грузинскую. Предоставил им спальню, а сам спал в кабинете. Жили у него больше месяца, и за всё время действительно никто не приходил - Володя всем запретил, чтобы не тревожили Гарагулю.

Валентина почувствовала, да и сам он говорил, что ему не хватает тепла домашнего. "И как же я буду без вас? Я уже так привык, что ты меня встречаешь, предлагаешь поесть..." Этого ему постоянно не хватало, Марина же не могла с ним всё время быть. К тому же, у неё тогда со старшим сыном неприятности были... И всё-таки каждый раз, когда Володе было плохо, когда он был в больнице, она немедленно бросала всё и прилетала.

А его желание помочь друзьям заработать? Об этом мы уже говорили. Но Аида Чернова важное добавляет: "Володя чувствовал, уважал и ценил чужой талант. У него не возникало чувства зависти или соперничества. Володя не мог не понимать, что ему дан дар особый. Поэтому у него широта души, поэтому он мог так уважительно относиться к людям, работавшим в другом жанре и в другом направлении. Он знал, насколько нам с Юрой это было нужно".

Щедрость Высоцкого пределов не знала.

У него что-то заведётся, малейшее что-нибудь - он должен всем подарить, всех сделать счастливыми! И смотрит в глаза: нравится или не нравится, счастлив ты в этот момент или нет? Всё раздаривал, да и раздавал просто. Он моментально включался в ситуацию, если возникала потребность в его помощи, - готов был мчаться куда угодно. Он на полную катушку использовал свою популярность: входил в любой кабинет, чтобы устроить в больницу, достать лекарство, выбить квартиру.

Он умудрялся помогать даже с того света!

Зимой 1993-го года Сергей Юрский был на некоем мероприятии в актовом зале газеты "Известия" в Настасьинском переулке. Выходит на улицу - сильная метель, холодно. И не обнаруживает своей машины! Он кинулся к гаишнику на Пушкинской площади - был там пост ГАИ - помогите, машину украли. А тот спокойно: "Увезли вашу машину в отстойник за неправильную парковку". Куда? "Этого я не знаю, у них разные стоянки". Юрский пытается у гаишника выяснить, где же искать машину, но тот занимается своими делами. А рядом стоял парень - видимо, ждал кого-то. Из обрывков разговора, понял отчаяние Юрского, сказал: "Я сотрудник угрозыска. Меня зовут Антон. Я вас видел в кино, вы с Высоцким играли, потому для вас всё сделаю. Найду штрафстоянку" Принялся звонить по телефону, набирая десятки номеров и кричал: "А ты у Витьки спроси! А он пусть Зурабу позвонит... Нет, сейчас!.. А я тебе говорю, сейчас!.. Ты "Место встречи изменить нельзя" видел?.. Ну, и всё, у меня тут человек оттуда. Всё, через пять минут перезвоню. Пусть они расколют Максима, он знает".

Через два часа, уже за полночь, Антон привёз Юрского на глухой пустырь в глухом районе: там и была машина. Юрский крепко пожал руку сотруднику угрозыска. Который помог лишь потому, что видел Юрского в одной картине с Высоцким.

Высоцкий даже спас от смерти! В 1995 году сотрудники "Комсомольской правды" привезли в Грозный свежие газеты. Возглавлял экспедицию заместитель главного редактора Игорь Коц. Напомню: тогда в Чечне шла ожесточённая война. Как раз было 25 января, день рождения Владимира Семёновича. Выпили за него вместе с морскими пехотинцами Северного флота. Поехали обратно. Грузовик останавливают боевики. Ведут журналистов в какой-то дом.

Посадили под охраной на кухне.

Делать было абсолютно нечего. На диване лежала гитара. Коц взял её, запел "Тот, который не стрелял".

Закончил.

Хозяин дома: "Давай ещё!"

Коц пел и пел.

Потом за ними пришли, повели в другой дом - там публика пьяная, укуренная. Стало совсем невесело. Не до песен. Зашёл между чеченцами разговор: сразу расстрелять пленников или наутро? Жутко присутствовать при обсуждении собственной судьбы.

Где-то часа в два ночи пришел парень, для которого Коц пел, и увёл журналистов к себе домой. Накормил пельменями, уложил спать. Утром сказал Коцу: "Люблю Высоцкого, ты хорошо его пел". Вывел в безопасное место, отпустил.